Molecular allergology place in allergen-specific immunotherapy



Cite item

Full Text

Open Access Open Access
Restricted Access Access granted
Restricted Access Subscription or Fee Access

Abstract

Laboratory methods of allergy diagnosis are an essential tool in the allergist daily practice. Molecular allergodiagnostics is an advanced examination method that allows detecting the patient individual allergocomponents sensitization. The risk prediction of the severe allergic reactions is the main area of its application, as well as the personalized dietary recommendations creation for food allergy patients. In the determining the appointment of allergen immunotherapy indications clinical and anamnesis data are fundamental, supplemented by the results of traditional methods of allergy examination (skin prick tests or the specific IgE level to whole allergens). The widespread use of such resource-intensive examination as molecular allergodiagnostics for all patients is unjustified before the prescribing allergen immunotherapy.  In addition, decisions on the allergen immunotherapy continue or the termination cannot be made based on the change data in the level of clinically relevant specific IgE. At the same time, its use as a third-line diagnostic method can help in solving difficult clinical tasks related to the identification of a causally significant allergen in patients with respiratory allergy symptoms during the seasons of simultaneous dusting of several plants, as well as differentiate the true from the cross-sensitization in polysensitized patients. The molecular allergodiagnostics use will be mandatory in the case of the recombinant therapeutic allergen prescribing, due to the need for a personalized choice of the drug.

Full Text

Введение

Аллергология является быстро развивающейся отраслью медицины, в которой новые методы диагностики и лечения успешно переходят из области научных исследований в рутинную клиническую практику. Молекулярная аллергодиагностика (МА), являясь одним из примеров достижений медицинской биологии, стала неотъемлемым инструментом в руках врача-аллерголога, позволяющим решать непростые клинические задачи. МА представляет собой диагностический метод, основанный на определении специфических IgE-антител (sIgE) к отдельным аллергокомпонентам. Экстракты аллергенов, хорошо известные и широко применяемые в диагностических и терапевтических целях, состоят из множества компонентов, большинство из которых не играют роли в развитии аллергических реакций. В свою очередь те компоненты, к которым образуются sIgE, несут особую диагностическую ценность. Среди аллергокомпонентов для каждого аллергенного источника выделяют мажорные и минорные аллергены (рис. 1) [1, 2].

Мажорными аллергенами называют те аллергокомпоненты, к которым обнаруживаются sIgE более чем у 50% пациентов, имеющих аллергию к исследуемому аллергенному источнику. Также, согласно актуальной дефиниции настоящего термина, именно мажорные аллергены, как правило, связывают большую часть всех sIgEк аллергенному экстракту и имеют наибольшую клиническую значимость. Соответственно, минорными аллергенами считаются те молекулы, к которым sIgE обнаруживаются менее чем у 50% пациентов, они связывают небольшую фракцию sIgE сыворотки крови, и, вероятно, менее клинически значимы [1].

Благодаря стремительному развитию молекулярной биологии, за последние несколько десятков лет было описано и охарактеризовано более 4900 аллергокомпонентов (молекул), выделенных из различных аллергенных источников, почти 1500 молекул были воспроизведены в виде рекомбинантных белков с помощью генно-инженерных технологий [3]. Информация об описанных аллергокомпонентах содержится в структурированных базах данных, доступных к просмотру в научных и клинических целях (www.allergen.org, www.allergome.org) [4]. Возможность определения sIgE к отдельным аллергенным молекулам ознаменовало создание нового подхода в аллергодиагностике, ранее называемого «компонентной диагностикой» (component resolved diagnosis, CRD), а согласно современным представлениям определяемого как «точная молекулярная аллергодиагностика» (precision allergy molecular diagnostic apllications, PAMD@) [2]. В настоящее время методы МА широко доступны для применения как в виде тестов с индивидуальными аллергенными молекулами, так и в виде чипов с одновременным определением sIgE к более чем ста аллергокомпонентам. Доступность методов МА сделала возможным ее применение как в научных целях, так и в ежедневной практике врача-аллерголога. В настоящее время отмечается тенденция к внедрению методов МА в процесс отбора пациентов для проведения аллерген-специфической иммунотерапии (АСИТ). АСИТ является единственным патогенетически обоснованным методом лечения IgE-опосредованных аллергических заболеваний, в связи с чем широко применяется в клинической практике врачами-аллергологами [5, 6]. В то же время АСИТ остается относительно дорогостоящим методом лечения, как правило не входящим в программы социальных гарантий, в связи с чем сохраняется необходимость в корректном и точном отборе пациентов для его проведения.

Наряду с возможностями, которые открыло перед практикующими врачами широкое применение МА, стали очевидными и «острые углы», возникшие вместе с массовой доступностью данного диагностического метода. Возросшая частота необоснованного назначения дорогостоящего и ресурсоемкого обследования, трудности в интерпретации полученных результатов и, как следствие, принятие неверных врачебных решений, в том числе при отборе пациентов и проведении АСИТ, указали на необходимость четкого определения точки приложения МА в клинической практике врача-аллерголога.

 

Оценка рисков у пациентов с пищевой аллергией и тяжелыми аллергическими реакциями в анамнезе

Основной областью применения МА в клинической практике стала оценка рисков тяжелых аллергических реакций. Четкое понимание спектра сенсибилизации у пациента с анафилаксией в анамнезе, в том числе среди пациентов с пищевой аллергией, может помочь в создании персонифицированных диетических рекомендаций с учетом вероятности развития системных реакций. При этом строгие ограничения будут обоснованы только при выявлении sIgE к соответствующим аллергокомпонентам. В настоящее время известен ряд стабильных аллергокомпонентов, ассоциированных с развитием тяжелых аллергических реакций и анафилаксии. К таким компонентам относят белки запаса (storage proteins) и белки переносчики липидов (lipid transfer protein, LTPs), содержащиеся в орехах, а также парвальбумины рыб. Известно, что пациенты с аллергией на арахис, имеющие сенсибилизацию к аллергокомпонентам Ara h 1, 2, 3, 6 (белки запаса), имеют большую вероятность развития анафилаксии, чем пациенты с сенсибилизацией к лабильному компоненту Ara h 8 (белок PR-10), для которых характерно развитие локальных реакций в виде орального аллергического синдрома (рис. 2) [7].

Определение вероятности развития системных аллергических реакций предполагает обоснованное назначение препаратов экстренной помощи, включая эпинефрин для самостоятельного введения, тем самым минимизируя его нецелесообразное применение [2]. Более того, идентифицируя причинно-значимый аллергокомпонент с помощью МА возможно установить, сохраняется ли аллергенность продукта при его термической обработке. Так овальбумин яичного белка является термолабильным компонентом, и пациенты с аллергией к нему могут употреблять в пищу термически обработанные яйца, в то время как у пациентов с аллергией на овомукоид (термостабильный аллергокомпонент) реакции развиваются при употреблении как сырых, так и термически обработанных яиц [1].

Также, осуществляя аллергодиагностику, необходимо учитывать, что определенные компоненты представлены в аллергенных экстрактах в небольшом количестве или обладают низкой стабильностью. К таким молекулам относят некоторые белки гомологи Bet v 1 пищевых продуктов (PR-10 белок сои Gly m 4, фундука – Cor a 1), омега-5-глиадин пшеницы Tri a 19, кислый белок латекса Hev b 5. Указанные аллергокомпоненты имеют принципиальную диагностическую значимость и во многом определяют тактику ведения пациента. Например, выявление sIgE к Tri a 19 у детей ассоциировано с риском развития тяжелых аллергических реакций немедленного типа на пшеницу. Проводя аллергодиагностику с использованием цельных аллергенов, можно получить ложноотрицательные результаты. Это необходимо учитывать при обследовании пациента и, при необходимости, рассмотреть возможность применения МА [1, 2].

Таким образом, комплексный персонифицированный подход к пациентам с тяжелыми аллергическими реакциями в анамнезе и пищевой аллергией не только является основой индивидуальных элиминационных рекомендаций, исключающих необоснованные ограничительные меры, но и обеспечивает целесообразное назначение рецептурных препаратов экстренной помощи для самостоятельного применения.

 

Корректный отбор пациентов для проведения аллерген-специфической иммунотерапии

 

Наиболее актуальным с практической точки зрения является вопрос использования методов МА для корректного отбора пациентов для проведения аллерген-специфической иммунотерапии (АСИТ). Согласно международным согласительным документам, а также Российским методическим рекомендациям, основополагающим фактором для принятия решения о назначении АСИТ является уверенность в том, что пациенту показана данная терапия, а за развитие клинических симптомов у пациента отвечают именно предполагаемые аллергены[5, 6, 8]. Эта уверенность в первую очередь достигается анализом клинико-анамнестических данных [9]. Назначение АСИТ пациентам с респираторной аллергией показано при выполнении следующих условий:

  • анамнез аллергического ринита средней или тяжелой степени проявлений в сочетании с / или без аллергического конъюнктивита и / или анамнез атопической бронхиальной астмы легкой и среднетяжелой степени;
  • продолжительность заболевания не менее 2 лет для пациентов с пыльцевой аллергией и не менее 12 месяцев для пациентов с круглогодичной аллергией;
  • четкая связь обострения заболевания с контактом с причинно-значимым аллергеном (например, сезонные обострения, соответствующие региональному календарю пыления причинно-значимых растений для пыльцевой сенсибилизации);
  • потребность в симптоматической терапии в период обострения / контакта с аллергеном;

Подробного и тщательного сбора аллергоанамнеза часто бывает достаточно для определения спектра причинно-значимых аллергенов, однако предполагаемая сенсибилизация должна быть также подтверждена диагностическими тестами. В целях первичной аллергодиагностики применяется кожное прик-тестирование, а также определение sIgE к экстрактам аллергенов в сыворотке крови [8]. В ограниченном исследовании, проведенном на базе клиники Института иммунологии, при отборе пациентов для проведения АСИТ на основе указанных критериев вероятность выявления сенсибилизации к мажорным аллергенам составила 100% [[10]. Полученные результаты подтверждают тот факт, что в большинстве клинических случаев такой объем обследования позволяет точно идентифицировать спектр причинно-значимой сенсибилизации, на основании которого может быть выбран корректный лечебный аллерген. Однако, существует ряд случаев, когда при обследовании полисенсибилизированного пациента ни анамнестические данные, ни результаты традиционной аллергодиагностики не могут помочь в выявлении клинически-значимой/первичной сенсибилизации. В таких ситуациях методы МА становятся инструментом, позволяющим определить, какой препарат для АСИТ должен быть назначен пациенту (рис. 3).

Чаще всего описанная клиническая задача встает при обследовании пациентов с поллинозом. Во многих регионах, таких как Центральная Россия, сезоны пыления причинных растений совпадают (например, в конце мая и начале июня на фоне старта сезона палинации злаковых трав заканчивается цветение деревьев; в июле и августе возможно одновременное пыление злаковых и сорных трав, в некоторых регионах одновременно цветут полынь и амброзия). При развитии у пациента симптомов респираторной аллергии в такие периоды для корректного назначения АСИТ необходимо идентифицировать клинически значимую сенсибилизацию [5].

У многих пациентов, страдающих пыльцевой аллергией, при кожном аллергологическом обследовании возможно проявление полисенсибилизации, когда кожные пробы со всеми экстрактами пыльцевых аллергенов оказываются положительными. В ряде случаев такая картина может быть обусловлена истиной полисенсибилизацией пациента. Однако причиной может служить перекрестная реактивность разного вида пыльцы за счет содержания в ее экстрактах перекрестно-реагирующих компонентов, таких как профиллины, полкальцины, карбогидратные детерминанты. В описанных клинических ситуациях для решения вопроса о выборе лечебного аллергена возможным представляется использование МА с определением sIgE к специфичным для того или иного вида пыльцы аллергокомпонентам для идентификации первичной сенсибилизации [3]. Выявление sIgE к специфичным аллергенам при соответствующей симптоматике с большей долей вероятности будет свидетельствовать о клинически значимой сенсибилизации (рис. 4). Выявление sIgE только к неспецифичным аллергенам (профиллинам, полкальцинам) при отсутствии сенсибилизации к специфичным аллергенам будет свидетельствовать о перекрестной сенсибилизации.

В регионах, где большое значение в развитии круглогодичных симптомов аллергии имеют как клещи домашней пыли, так и тропические виды клещей, имеющие перекрестно-реагирующие антигенные детерминанты, использование методов МА также может быть целесообразно для идентификации причинно-значимого аллергена [11]. В России ведущую роль в развитии круглогодичных симптомов респираторной аллергии играют аллергены клещей домашней пыли, а также эпидермальные и грибковые аллергены, которые в свою очередь не имеют тенденции к перекрестному реагированию, в связи с чем диагностический поиск целесообразно проводить среди указанных групп аллергенов с использованием традиционных методов диагностики с экстрактами.

Все вышесказанное справедливо для традиционной АСИТ, проводимой натуральными экстрактами аллергенов. Разработка и внедрение рекомбинантных аллергенных вакцин в свою очередь не может существовать без проведения МА, так как АСИТ рекомбинантными аллергенами предполагает селективное введение генно-инженерного причинно-значимого аллергокомпонента. Первое плацебо-контролируемое исследование препарата для подкожной АСИТ на основе рекомбинантных аллергенов тимофеевки Phl p 1, Phl p 2, Phl p 5a, Phl p 5b и Phl p 6 показало эффективность препарата по сравнению с плацебо, однако в дальнейших исследованиях препарата полученные результаты не были воспроизведены, в связи с чем исследование данной аллерговакцины было остановлено [12].

В исследовании Pauli G. и соавт., изучавшем эффективность АСИТ рекомбинантным аллергеном Bet v 1 у пациентов с аллергией на пыльцу березы, было отмечено, что пациенты, сенсибилизированные к Bet v 1, имели хороший ответ на лечение рекомбинантным Bet v 1, в отличие от пациентов, не имевших сенсибилизацию к Betv1[13]. Таким образом, несмотря на то, что исследования по данному направлению ведутся более чем 20 лет, в настоящее время не зарегистрировано для клинического применения ни одной рекомбинантной аллерговакцины [14]. Производство и внедрение данного вида препаратов осложняется не только недостаточностью клинического эффекта в проведенных исследованиях, но и экономическими причинами. В отличии от препаратов на основе натуральных экстрактов, которые могут различаться в зависимости от пути введения, биологической активности и содержания мажорных аллергенов, создание рекомбинантной вакцины требует также отдельного изучения каждой из молекул или комбинации молекул для каждого аллергенного источника [[14].

Также при проведении МА следует учитывать тот факт, что номенклатура причинно-значимых аллергенов в настоящее время продолжает пополнятся. Так мажорный аллерген клещей домашней пыли Der p 23, имеющий принципиальную клиническую значимость, был идентифицирован только в 2014 году [15]. Данный фактор может способствовать получению ложноотрицательного результата при преждевременном использовании МА на первой ступени аллергодиагностики. Кроме того ложноотрицательные результаты могут быть получены при использовании в целях МА мультиплексного анализа. Несмотря на широкий диагностический диапазон аллергочипов, данный метод имеет более низкую чувствительность по сравнению с определением sIgE к экстрактам и отдельным молекулам методом ImmunoCAP, который в настоящее время остается золотым стандартом аллергодиагностики [1].

Возможности применения МА в целях корректного отбора пациентов для проведения АСИТ будут продемонстрированы на примере следующих клинических случаев.

Клинический пример №1

Пациент А. 27 лет обратился в клинику в декабре 2022 года в связи с жалобами на заложенность носа, чихание, слизистое отделяемое из носа, зуд век и слезотечение в мае-июне. Настоящие симптомы отмечает в течение последних десяти лет. Самостоятельно принимал антигистаминные препараты второго поколения, использовал интраназальные ГКС препараты с эффектом. В течение последних двух лет отмечает тенденцию к усилению интенсивности симптомов, снижение эффективности проводимой симптоматической терапии. На основании клинико-анамнестических данных был выставлен диагноз: «Аллергический ринит, интермиттирующая форма, средней степени тяжести, ремиссия. Аллергический конъюнктивит, интермиттирующая форма, средней степени тяжести, ремиссия. Сенсибилизация к аллергенам из пыльцы деревьев, злаковых трав (клинически)».

Пациенту было проведено кожное прик-тестирование, по результатам которого была подтверждена сенсибилизация к аллергенам из пыльцы деревьев и злаковых трав (береза+++, ольха++, орешник++, тимофеевка+++, овсяница++, ежа++).

Учитывая, неспецифичный сезон появления симптомов у данного пациента (май-июнь), характерный для цветения как деревьев, так и злаковых трав, выявленную полисенсибилизацию по результатам кожных проб, в целях идентификации первичной сенсибилизации и корректного выбора лечебного аллергена, пациенту было проведено исследование уровня sIgE к специфичным аллергокомпонентам пыльцы березы (Bet v 1) и тимофеевки (Phl p 1, Phl p 5). В результате проведенного исследования была выявлена сенсибилизация ко всем исследуемым аллергокомпонентам, что указывает на наличие первичной (истинной) причинно-значимой сенсибилизации как к аллергенам пыльцы деревьев, так и аллергенам пыльцы злаковых трав. В связи с этим пациенту была назначена сочетанная предсезонно-сезонная АСИТ сублингвальными аллергенами из пыльцы березы (Сталораль «Аллерген пыльцы березы») и пыльцы луговых трав (Оралейр).

Клинический пример №2

Пациент В., 7 лет, обратился в клинику в июне 2019 года в связи с жалобами на заложенность носа, чихание, зуд век и слезотечение в мае с трехлетнего возраста ежегодно. Также отмечается тенденция к утяжелению проявлений, в мае 2019 года впервые отметил эпизоды приступообразного сухого кашля. Педиатром по месту жительства назначались антигистаминные препараты второго поколения, деконгенстанты – с кратковременным эффектом. На момент объективного осмотра носовое дыхание компенсировано, покраснения глаз нет, дыхание над всеми полями аускультации везикулярное, хрипов нет. Пациенту проведено кожное прик-тестирование, выявлена сенсибилизация к аллергенам из пыльцы деревьев, злаковых трав (береза+++,  орешник ++++, ольха++++, тимофеевка++++, овсяница++++). Также родители предоставили данные самостоятельно ранее проведенного исследования на уровень sIgE к мажорным аллергенам пыльцы березы и тимофеевки. По результатам МА была выявлена сенсибилизация как к мажорному аллергену березы Bet v 1 (12,1 kUA/l – 3 класс реакции), так и к мажорным аллергенам тимофеевки Phl p 1/Phl p 5b (4,41 kUA/l – 3 класс реакции). Несмотря на выявленную сенсибилизацию к мажорным аллергенам березы и тимофеевки, учитывая анамнестические данные, указывающие на обострение только в сезон пыления деревьев, и данные объективного осмотра, проводимого в сезон активного пыления злаковых трав, было принято решение о проведении АСИТ только аллергенами пыльцы деревьев (Сталораль «Аллерген пыльцы березы»). К настоящему времени пациенту проведено три курса сублингвальной АСИТ данным препаратом с отличным эффектом, появление симптомов в июне-июле не отмечено.

 

Перспективы применения молекулярной аллергодиагностики при аллерген-специфической иммунотерапии

Наряду с теми возможностями, которые уже стали доступными благодаря внедрению методов МА в клиническую практику, остается ряд перспективных направлений, требующих дальнейшего изучения. Одним из них является оптимизация процесса производства и стандартизации лечебных аллергенов. В настоящее время все препараты, используемые для АСИТ, должны иметь маркировку об их биологической активности  [6]. Учитывая тот факт, что большая часть пациентов, имеющих аллергию к тому или иному аллергенному источнику, сенсибилизирована к мажорным аллергенам, предполагается, что маркировка препаратов по их содержанию может оптимизировать процесс выбора эффективной и безопасной дозы аллергена [16].

Другой проблемой, которая может быть решена с использованием МА, является прогнозирование риска развития системных реакций на фоне проведения АСИТ. Наиболее изученной в данной контексте моделью является лечение аллергии на пыльцу луговых трав. Была показана корреляция между увеличением риска развития как местных, так и системных реакций при проведении подкожной АСИТ аллергенами из пыльцы луговых трав с числом молекул, к которым пациент сенсибилизирован (Phl p 1  +  5  +  12 > Phl p 1 +  5 >Phl p 1/5), однако требуется дальнейшее изучение данной проблемы, в том числе при проведении АСИТ другими аллергенами [17].

Также обсуждается возможность использования данных МА для прогнозирования и оценки эффективности АСИТ [18]. В настоящее время широко предоставляемые с этой целью коммерческие услуги, основанные на определении сенсибилизации к мажорным аллергенам, имеют лишь вероятностный характер. Следует подчеркнуть, что моносенсибилизация к минорным аллергенам остается скорее казуистичной клинической ситуацией, в то время как сенсибилизация к мажорным аллергенам, а также сочетанная сенсибилизация как к мажорным, так и к минорным аллергенам, превалирует в популяции, что следует из определения данных понятий [1]. Массовое использование дорогостоящих молекулярных методов диагностики перед назначением АСИТ в настоящее время является необоснованным и нецелесообразным обследованием, в то время как основная роль должна отводится традиционным методам аллергодиагностики с экстрактами. Также нецелесообразным является использование данных об изменении уровня sIgE к причинному аллергокомпоненту для принятия решения о прекращении или продолжении АСИТ. Эффект АСИТ реализуется за счет сложных механизмов, включающих не только гуморальное звено иммунного ответа, но и множественные межклеточные взаимодействия, что в настоящее время невозможно оценить в рутинной практике [19]. Решение о продолжении или прекращении АСИТ может быть принято только на основании наличия или отсутствия клинического эффекта, что в свою очередь должно регулярно оцениваться как на основании субъективных данных пациента, так и с помощью объективных методов (физикальный осмотр, спирометрия и т.д.).

 

Заключение

МА представляет собой важный инструмент в руках врача-аллерголога, играющий значимую роль не только в актуальных научных исследованиях, но и в каждодневной клинической работе. Однако, избыточное и нецелесообразное использование в рутинной практике такого сложного к интерпретации метода может приводить к принятию неверных решений, в то время как его рациональное применение, напротив, отвечает на непростые диагностические вопросы, а также обеспечивает персонифицированный подход к терапии пациента. Говоря об отборе пациентов для проведения АСИТ, согласно позиционным документам международных и отечественных профессиональных сообществ, МА рассматривается как метод аллергодиагностики третьей линии, который применяется после традиционных диагностических методов с экстрактами с учетом клинических проявлений/анамнестических данных, что подчеркивает необходимость осознанного назначения данного ресурсоемкого исследования.

 

ДОПОЛНИТЕЛЬНАЯ ИНФОРМАЦИЯ

Источник финансирования. Исследование и подготовка публикации проведены при поддержке компании Stallergenes Greer.

Funding source. This study was supported by Stallergenes Greer.

 

Конфликт интересов. Авторы декларируют отсутствие явных и потенциальных конфликтов интересов, связанных с проведенным исследованием и публикацией настоящей статьи.

Competing interests. The authors declare that they have no competing interests.

 

Вклад авторов. Все авторы подтверждают соответствие своего авторства международным критериям ICMJE (все авторы внесли существенный вклад в разработку концепции, проведение исследования и подготовку статьи, прочли и одобрили финальную версию перед публикацией). Наибольший вклад распределён следующим образом: Д.О. Тимошенко, К.С. Павлова — поиск и анализ литературных источников, написание текста статьи и подготовка к публикации; О.М. Курбачёва, Н.И. Ильина — анализ литературных данных, редактирование рукописи.

Author contribution. All authors made a substantial contribution to the conception of the work, acquisition, analysis, interpretation of data for the work, drafting and revising the work, final approval of the version to be published and agree to be accountable for all aspects of the work. D.O. Timoshenko, K.S.  Pavlova — search and analysis of literary sources, writing the text and preparation for publication; O.M. Kurbacheva, N.I. Ilyina — analysis of literary sources and editing an article.

×

About the authors

Daria O. Timoshenko

National Research Center ― Institute of Immunology Federal Medical-Biological Agency of Russia

Author for correspondence.
Email: d.o.timoshenko@gmail.com
ORCID iD: 0000-0002-7585-1390
SPIN-code: 2714-0906

Post graduate student, MD

Russian Federation, 24, Kashirskoye shosse, Moscow, 115522

Ksenia S. Pavlova

National Research Center ― Institute of Immunology Federal Medical-Biological Agency of Russia

Email: ksenimedical@gmail.com
ORCID iD: 0000-0002-4164-4094
SPIN-code: 7593-0838
Scopus Author ID: 7004658159
ResearcherId: P-9255-2017

MD, Cand. Sci. (Med.), PhD, Leading Researcher, Asthma Department

Russian Federation, 24, Kashirskoe shosse, Moscow, 115522

Oksana M. Kurbacheva

National Research Center ― Institute of Immunology Federal Medical-Biological Agency of Russia; Moscow State University of Medicine and Dentistry named after A.I. Evdokimov

Email: kurbacheva@gmail.com
ORCID iD: 0000-0003-3250-0694
SPIN-code: 5698-6436

MD, Dr. Sci. (Med.), Professor

Russian Federation, 24, Kashirskoe shosse, Moscow, 115522; Moscow

Natalia I. Ilina

National Research Center ― Institute of Immunology Federal Medical-Biological Agency of Russia

Email: instimmun@yandex.ru
ORCID iD: 0000-0002-3556-969X
SPIN-code: 6715-5650

MD, Dr. Sci. (Med.), Professor

Russian Federation, 24, Kashirskoe shosse, Moscow, 115522

References

  1. Hoffmann K, Hilger C, Santos A et al. Molecular Allergology User’s Guide 2.0. 2022.
  2. Ansotegui I, Melioli G, Canonica G et al. A WAO — ARIA — GA2LEN consensus document on molecular-based allergy diagnosis (PAMD@): Update 2020. World Allergy Organization Journal. 2020;13(2). doi: 10.1016/j.waojou.2019.100091
  3. Barber D, Diaz-Perales A, Escribese M et al. Molecular allergology and its impact in specific allergy diagnosis and therapy. Allergy: European Journal of Allergy and Clinical Immunology. 2021;76(12):3642–3658. doi: 10.1111/all.14969
  4. Pomés A, Davies J, Gadermaier G et al. WHO/IUIS Allergen Nomenclature: Providing a common language. Molecular Immunology. 2018;100:3–13. doi: 10.1016/J.MOLIMM.2018.03.003
  5. Russian Association Of Allergology And Clinical Immunology. Federal clinical guidelines for allergen-specific immunotherapy. 2013. (In Russ.)
  6. Alvaro-Lozano M, Akdis C, Akdis M et al. EAACI Allergen Immunotherapy User’s Guide. Pediatric Allergy and Immunology. 2020;31(S25):1–101. doi: 10.1111/pai.13189
  7. Luengo O, Cardona V. Component resolved diagnosis: when should it be used? Clin Transl Allergy. 2014;4(28). doi: 10.1186/2045-7022-4-28
  8. EAACI. Translating knowledge into clinical practice Allergen Immunotherapy Guidelines Part 2: Recommendations. 2017.
  9. Gushchin IS., Kurbacheva OM. Allergy and allergen-specific immunotherapy. Moscow: Farmus Print Media; 2010. (In Russ).
  10. Kozulina IE, Pavlova KS, Kurbacheva OM. Clinical efficacy of subcutaneous and sublingual allergen-specific immunotherapy of allergic rhinitis and conjunctivitis. Russian Journal of Allergy. 2016;13(6):63–69. doi: 10.36691/RJA389
  11. Pinheiro C, Silva E, de Andrade Belitardo E et al. En route to personalized medicine: uncovering distinct IgE reactivity pattern to house dust mite components in Brazilian and Austrian allergic patients. Clinical and Translational Allergy. 2021;11(1). doi: 10.1002/CLT2.12004
  12. Jutel M, Jaeger L, Suck R et al. Allergen-specific immunotherapy with recombinant grass pollen allergens. Journal of Allergy and Clinical Immunology. 2005;116(3):608–613. doi: 10.1016/J.JACI.2005.06.004
  13. Pauli G, Larsen T, Rak S et al. Efficacy of recombinant birch pollen vaccine for the treatment of birch-allergic rhinoconjunctivitis. Journal of Allergy and Clinical Immunology. 2008;122(5):951–960. doi: 10.1016/J.JACI.2008.09.017
  14. Cromwell O, Häfner D, Nandy A. Recombinant allergens for specific immunotherapy. Journal of Allergy and Clinical Immunology. 2011;127(4):865–872. doi: 10.1016/J.JACI.2011.01.047
  15. Weghofer M, Grote M, Resch Y et al. Identification of Der p 23, a Peritrophin-like Protein, as a New Major Dermatophagoides pteronyssinus Allergen Associated with the Peritrophic Matrix of Mite Fecal Pellets. The Journal of Immunology. 2013;190(7):3059–3067. doi: 10.4049/JIMMUNOL.1202288
  16. Bonertz A, Mahler V, Vieths S. New guidance on the regulation of allergen products: key aspects and outcomes. Curr Opin Allergy Clin Immunol. 2020;20(6):624–630. doi: 10.1097/ACI.0000000000000687
  17. Sastre J, Rodríguez F, Campo P et al. Adverse reactions to immunotherapy are associated with different patterns of sensitization to grass allergens. Allergy. 2015;70(5):598–600. doi: 10.1111/ALL.12575
  18. Valenta R, Twaroch T, Swoboda I. Component-Resolved Diagnosis to Optimize Allergen-Specific Immunotherapy in the Mediterranean Area. J Investig Allergol Clin Immunol. 2007;17(Supplement 1):88-92.
  19. Shamji M, Kappen J, Akdis M et al.Biomarkers for monitoring clinical efficacy of allergen immunotherapy for allergic rhinoconjunctivitis and allergic asthma: an EAACI Position Paper. Allergy. 2017;72(8):1156–1173. doi: 10.1111/ALL.13138

Supplementary files

There are no supplementary files to display.


Copyright © Pharmarus Print Media,



This website uses cookies

You consent to our cookies if you continue to use our website.

About Cookies